Война за цивилизационный выбор
Среда, 3 Июнь 2015, 7:22 am Автор 
Опубликовано в Новости
Станьте первым комментатором!

Война за цивилизационный выбор

Интервью с командиром киевско-харьковской батальонно-тактической группы «Волки Русской весны» и одним из лидеров Русской весны в Харькове Алексеем Верещагиным.

— Кто вместе с тобой воюет в твоем подразделении? Какие у них побудительные мотивы?

— Краткий ответ: люди. Беда и трагедия этой войны в том, что люди, воюющие по обе стороны фронта, культурно ничем не отличаются — и там, и там русские люди.

У нас, у русских, культура победителей. Мы помним о той Победе, которая у нас была 70 лет назад и о тех Победах, которые одержали наши предки, начиная от Святого Равноапостольного князя Владимира. Это победы каждого русского человека, каждого русича, каждого жителя Великой России. Мне как уроженцу Малой России, то есть колыбели Великороссии, понятна эта истина.

В том-то и наша общая трагедия, что мы воюем не с немцами или с японцами. К сожалению, русские воюют с русскими.

— Твой родной Киев для тебя русский город?

— Да. Киев — это Русь. Понятие «Киевская Русь» было придумано историками когда-то, чтобы технически отделять «Киевскую Русь» от «Владимиро-Суздальской Руси» или «Московской Руси».

— Как ты в таком случае объясняешь то, что большинство киевлян поддержало первый Майдан? И сейчас поддерживает киевскую власть? Почему они не нашей стороне?

— Я приведу такой пример. Вот как появился украинский язык? Его же не было. Все очень просто. В Малороссию прибыли паны-ляхи, которые в своих новых поместьях со своими холопами-малороссами разговаривали через приказчиков. Приказчиками, как правило, были или поляки, или польские евреи. И соответственно в языке автохтонного населения при общении с польскими «менеджерами» и стали появляться польские слова, чтобы «менеджерам» было легче их, холопов, понимать.

Перед Первой Мировой войной в России был популярен немецкий язык. Перед вторжением Наполеона был очень популярен французский. С началом Перестройки — английский.

Киев населен офисами различных международных корпораций. Языком общения является английский. Культурное вторжение Запада в Киев с начала 90-х было очень сильным.

В Москве также много западных представительств, но она это в себе растворяет и перерабатывает больше, чем Киев. При этом в Киеве было очень сильно укрпатриотическое влияние, а также очень сильное идолопоклонничество перед Западом.

Многие были восприимчивы к этим идеям. Не будем скрывать, что велась определенная оплачиваемая работа. Существовала масса грантоедских организаций, начиная от Киевского института международных отношений, при котором с незапамятных времен существовал Североатлантический совет, для облегчения будущим дипломатам вхождения в североатлантическое сообщество. Активно работал фонд Сороса. Так что тихой сапой вода камень точит.

Была проведена не только работа по накачке электората, но и по выработке у этого электората определенной рефлексии.

Мы, русичи, свободолюбивые люди, у нас слишком развит инстинкт противоборства власти. Мы, конечно, любим дисциплину, но при этом не прочь царя башкой макнуть или бунт какой-нибудь устроить, бессмысленный и беспощадный. Он всегда был стихийным. Но если при этом покопаться, то получится, что это все проплачивается — или тевтонами, или англосаксами.

— Алексей, вот ты говоришь, что тебе еще на пузе ползти 700 км до Киева, таким образом, хочешь сказать, что не только Новороссия, но и Малороссия будет освобождена. Правильно ли я тебя понял? Ты как киевлянин как думаешь, как киевляне воспримут приход армии Новороссии?

— Я сторонник военного метода решения этого вопроса.

— Мысль понял так: изменения в голове у киевлян в нашу пользу произойдут тогда, когда фронт максимально подойдет к Киеву. Одно дело, когда мы контролируем Донецк и Луганск, а другое, когда нами будут освобождены Харьков, Днепропетровск и Одесса. А вот когда еще и Полтаву возьмут, то тут все вообще иначе в головах у киевлян будет. Мы их не такими уж и плохими казаться будем.

— Да. Надо взять не только Киев, но и Житомир, и вообще дойти до Почаевской Лавры.

— То есть, почти до реки Збруч, которая отделяет Галичину и Волынь от Малороссии?

— Мне будет спокойнее, когда забор от моего киевского дома будет отодвинут к западу хотя бы на 500 км. Многие люди говорят, что надо политическими методами достигать своих целей. Мол, хорошо, что вы двигаете линию фронта, но надо, чтобы вас цветами встречали, а не гранатами. Я отвечаю таким: да, вы правы, но давайте заниматься каждый своим делом. Я для себя избрал ратную стезю.

А если политики снизойдут до помощи нам уже тем, что не будут ссориться между собой, то уже хорошо.

Я слышал очень интересную мысль. Достаточно после нашего прихода в Киев выключить националистический телевизор, и включить наш, русский, телевизор, то через 2 недели все заговорят по-другому. И тому примеров масса.

Вспомним Германию 1945 года. Для того чтобы получить продуктовые карточки, нужно было зайти в кинотеатр, просмотреть фильм о геноциде и Освенциме. Так вот, если киевляне начнут смотреть наше телевидение, то у многих из них глаза откроются. Ведь фактаж злодеяний хунты накоплен достаточный, и для Гаагского трибунала в том числе, и для Нюрнберга-2.

Мы сегодня ведем гибридную войну, в том числе и информационную, за души киевлян.

Источник: Pravda News

Прочитано 1365 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

JoomShaper